Судья оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению

Принцип оценки доказательств по своему внутреннему убеждению

Судья оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению

Оценка доказательств по внутреннему убеждению, как принцип процесса, включает в качестве основных компонентов правило о том, что никакие доказательства не имеют заранее установленной силы.

Орган дознания, дознаватель, следователь, прокурор, суд оценивают доказательства по своему внутреннему убеждению.

Очевидно, что оценка доказательств по внутреннему убеждению обеспечивает действие конституционного принципа независимости судей и подчинение их только закону и является одним из условий самостоятельности следователя, лица, производящего дознание, при принятии им решений в пределах прав, предоставленных законом.

Оценка доказательств – мыслительная, логическая деятельность, имеющая своей целью определение допустимости, относимости, достоверности, значения (силы) каждого доказательства и достаточности их совокупности для установления обстоятельств, входящих в предмет доказывания.

В УПК субъектами оценки доказательств названы только те субъекты процесса, которые ответственны за производство по делу и правомочны принимать по делу решения.

Конечно, все участники процесса оценивают доказательства и на этой основе определяют свою позицию по отношению к обвинению (обвиняемый, его защитник, потерпевший).

Однако оценка доказательств этим субъектом не имеет правового значения в том смысле, что она сама по себе не определяет принимаемого судом по делу решения.

Оценка доказательств по внутреннему убеждению именуется свободной оценкой доказательств, в отличие от так называемой формальной теории доказательств, когда сила и значение доказательств формализовано определялась в законе и судьям оставалось только подсчитать, имеется ли необходимое количество доказательств для признания лица виновным.

По этой системе доказательства делились на полные и неполные, или, иначе, на совершенные и несовершенные. Одного совершенного доказательства считалось достаточно для обвинения.

К таким относились: признание своей вины подсудимым, что “есть лучшее свидетельство всего света”: свидетельства экспертов, совпадающие показания двух неопороченных по суду взрослых свидетелей.

Принцип свободной оценки доказательств выражен в ст. 71 УПК и характеризуется следующим.

1. Закон не предписывает, какими доказательствами должны быть установлены те или иные обстоятельства, не устанавливает заранее силы доказательств, преимущественного значения видов доказательств, количественных показателей достаточности доказательств для того или иного решения по делу.

2.0ценка доказательств производится по внутреннему убеждению. Это означает, что она свободна от заранее в законе указанных критериев оценки, но она не может быть произвольной. В ее основе должно лежать “всестороннее, полное и объективное рассмотрение всех обстоятельств дела в их совокупности”. При таком подходе есть возможность оценить каждое доказательство по его

собственной природе, принадлежности к определенному виду доказательств, а также обнаружить противоречие между сведениями, поступившими из разных источников, или, наоборот, совпадение доказательств, что приводит к выводу об их достоверности и силе для установления того или иного обстоятельства.

Если же сомнения в доказанности какого-либо обстоятельства остаются, его нельзя считать доказанным, также нельзя положить в основу своего убеждения доказательство, достоверность которого сомнительна.

Очевидно, что убеждение в достоверности каждого доказательства и достаточности их совокупности для вывода о доказанности каких-либо обстоятельств может сформироваться именно на основе совокупности доказательств и их объективного, беспристрастного исследования.

3. Лицо, производящее оценку доказательств, не связано той оценкой доказательств, которую дали другие лица или органы в предшествующих стадиях процесса или в пределах данной стадии.

Так, следователь оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, поэтому может не согласиться с указаниями прокурора о привлечении лица в качестве обвиняемого, об объеме обвинения и другим вопросам, перечисленным в законе.

Суд, оценивая доказательства, не связан выводами, сделанными в обвинительном заключении, мнениями, высказанными обвинителем или защитником в судебном заседании. Вышестоящие суды, отменяя приговор и возвращая дело на новое рассмотрение, не могут давать указания, предрешающие убеждение следователя, судьи по делу.

4. При оценке доказательств надлежит руководствоваться законом.

Регулирующая роль уголовно-процессуального закона в оценке доказательств проявляется через определение в законе задач и принципов уголовного судопроизводства: определение предмета доказывания и относимости доказательств, правил о допустимости и недопустимости доказательств, регламентации порядка собирания, проверки доказательств, требований, предъявляемых к выражению оценки доказательств в процессуальных решениях. Эти и другие нормы закона содержат правила, препятствующие формированию безотчетной, интуитивной оценки доказательств.

загрузка…

В одних случаях внутреннее убеждение заменяется прямым указанием закона признать доказательство недопустимым, если нарушены определенные правила.

Закон содержит правила собирания доказательств, их проверки на предварительном следствии, предписывает определенную процедуру судебного исследования доказательств, поэтому при оценке доказательств важно установить, соблюдены ли эти правила, так как их нарушение само по себе может привести к недопустимости доказательств или оценке их как недоброкачественных, не имеющих доказательственной силы.

Для обеспечения точного исполнения закона важное значение имеет правосознание, которое определяет отношение к закону, признание его предписаний как обязательного условия деятельности.

Соблюдение надлежащей правовой процедуры рассматривается как гарантия законности и обоснованности решения по делу. Поэтому, если не были нарушены требования процессуального закона при рассмотрении и разрешении дела, нет оснований ставить под сомнение внутреннее убеждение присяжных или судей о доказанности или недоказанности обвинения.

Внутреннее убеждение является и результатом оценки доказательств. Внутреннее убеждение как результат оценки может характеризоваться как гносеологический (познавательный) результат и определенное психологическое состояние лица, оценившего доказательства.

Внутреннее убеждение как познавательный результат – это убеждение в наличии (отсутствии) каких-либо фактических обстоятельств. Это убеждение должно иметь в своей основе совокупность собранных по делу доказательств, исследованных полно, всесторонне и объективно. Полученное знание должно быть обосновано, аргументировано.

В психологическом аспекте внутреннее убеждение – чувство уверенности в достоверности своих выводов об обстоятельствах дела.

принципов оценки доказательств, руководствуясь законом и совестью.

В ст. 17 УПК записано, что при оценке доказательств надлежит руководствоваться законом и совестью.

Регулирующая роль уголовно-процессуального закона в оценке доказательств проявляется через определение в законе задач и принципов уголовного судопроизводства; определение предмета доказывания и относимости доказательств, правил о допустимости и недопустимости доказательств, регламентации порядка собирания, проверки доказательств, требований, предъявляемых к выражению оценки доказательств в процессуальных решениях. Эти и другие нормы закона содержат правила, препятствующие формированию безотчетной, интуитивной оценки доказательств. Закон в оценке доказательств играет различную роль. В одних случаях закон требует признать доказательство недопустимым, если нарушены определенные правила, в других закон дает только общие ориентиры для оценки доказательства (например, для оценки его относимости или оценки достаточности доказательств для вывода о доказанности вины).

Совесть как чувство нравственной ответственности за свои поступки, решения должна побуждать судей, народных и присяжных заседателей к справедливым решениям . Совесть при формировании убеждения выступает как внутренний критерий оценки своей деятельности, как беспристрастной, справедливой. “Судья, решая дело… должен говорить: я не могу иначе, не могу потому, что логика вещей, и внутреннее чувство, и житейская правда, и смысл закона твердо и неумолимо подсказывают мне мое решение, и против всякого другого говорит моя совесть как судьи и человека”

Не нашли то, что искали? Воспользуйтесь поиском гугл на сайте:

Источник: https://zdamsam.ru/b18480.html

Сущность внутреннего убеждения судьи

Судья оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению

Ахвердиев, Э. З. Сущность внутреннего убеждения судьи / Э. З. Ахвердиев. — Текст : непосредственный // Молодой ученый. — 2019. — № 43 (281). — С. 39-41. — URL: https://moluch.ru/archive/281/63350/ (дата обращения: 05.12.2020).



Внутреннее убеждение судьи — это формирование собственного взгляда на фактические обстоятельства дела как необходимость личной оценки доказательства.

Ключевые слова: оценка доказательства,убеждение судьи, суд.

В ст. 17 УПК РФ сказано, что оценка доказательств производится по внутреннему убеждению, при руководстве законом и совестью, основанном на совокупности имеющихся в деле доказательств [1]. К определению понятия внутреннего убеждения существуют различные подходы. Так, С. В.

Шевченко справедливо полагает, внутреннее убеждение является юридической категорией, а не моральной (правда, собственного определения автор не приводит) [2]. А. Ф.

Галушко под внутренним убеждением судьи понимает «конкретное чувство или совокупность конкретных чувств судьи, возникающих в процессе рассмотрения и разрешения дела по поводу определенных объектов, имеющих значение для дела» [2].

Итак, внутренне убеждение представляет собой мыслительный процесс познания по фактам дела, соотношения их друг с другом, с действующим законодательством и нормами морали.

Обратим внимание на различия понятий внутреннее убеждение и убеждённость. В свою очередь внутренне убеждение рациональное, укоренившееся в сознание представления плана, мотивирующие его выводы и действия. А убеждённость — это субъективная оценка своих поступков (уверенность в своей правоте).

Для формирования убеждения важную роль играет психологический аспект перехода от сомнения к убежденности, подкрепленное достоверными знаниями, полученными в ходе судопроизводства. Н. Л. Гранат и Ю. Н.

Погибко выделяют следующие этапы формирования убеждения: 1) познание фактов; 2) определение ценности; 3) принятие за истину; 4) принятие решения. Каждый этап имеет свои особенности [2]. При познании фактов суд руководствуется правилами доказывания и приобщает к доказательствам лишь те, которые обличены в юридическую форму.

Те факты, которые таковой формы не имею, хотя и содержат в себе обстоятельства по делу, судом приняты быть не могут. Например, прослушивание в судебном заседании телефонного разговора, запись которого получена с нарушением требований закона.

Данное доказательство исключатся, и при принятии решения и его мотивировки судья не может сослаться на данную запись, но, несомненно, она окажет влиянии на его внутреннем убеждении. Этим часто пользуются адвокаты.

Следующий этап определения ценностей представляет собой оценка всей доказательной базы, её полноты и достоверности. Мнение суда основывается на позиции, что не одно исследуемое доказательство не имеет заранее установленной силы.

Исходя из этого, при состязательности сторон, судья может принимать позицию одной из них на основании тех доказательств, которые ему кажется убедительнее.

Поэтому на данном этапе имеет место быть фактор «психологической установки» при формировании внутреннего убеждения.

Психологическая установка представляет собой ориентировании мышления и сознания субъекта в русло определенных условий, создавая модель определенного реагирования в том или ином виде деятельности.

Зачастую это выражается в формировании убеждения еще в середине судебного процесса, или в модели «предыдущих решений». То есть, судья заблаговременно согласен с выводами следователя, отраженными в обвинительном акте.

И то и другое может быть чревато «подгоном» материалов дела под заранее сделанные выводы суда. Все доказательства, прошедшие оценку судьи по всем критериям, создают картину преступления, которая становится основой для принятия решения.

В этом заключается третий этап — принятие за истину.

При всестороннем изучении всех имеющихся доказательств судья убежден в правильности и достоверности своего решения и может его мотивировать. Но не редко обстоятельства дела бывают настолько спорными, что судья испытывает доли сомнения. При таких ситуациях важно обращаться к презумпции невиновности, установленной законодателем.

Это позволяет сместить возникшие сомнения в достаточности доказательстве или их истинности в сторону подсудимого. Такими действиями судья снимает с себя ответственность за неправильно принятое решение, что способствует положительному формированию внутреннего убеждения и блокировки психологических установок в будущем.

Важным психологическим влиянием на судью является то, на каком этапе заседания сторона излагает свои доводы.

Таким образом, аргументировать свою позицию необходимо непосредственно при изучении доказательств, для формирования у судьи правильного восприятия доказательной базы, а то время, как изложения своей позиции в прениях не даст такого результата.

Верховный суд (ВС) в своем решении запретил нижестоящим инстанциям давать произвольную оценку доказательствам [3].

Cудьи действительно зачастую выходят за рамки судейского усмотрения, что свидетельствует об обвинительном уклоне правосудия и заочном сотрудничестве людей в мантиях со следователями.

Решить проблему можно введением магистратских судов, которые работают по аналогии с мировыми, но только не получают денег от государства, а значит, более независимы в своих оценках.

Суды не должны давать произвольную оценку доказательствам. Возможность судить и выносить решения по своему внутреннему убеждению не дает судьям подобного права. Однако практика, когда суды игнорируют доказательства или толкуют их по собственному убеждению, довольно распространена.

При этом служители Фемиды, как правило, пренебрегают разъяснениями вышестоящих инстанций. Суды произвольно, невзирая на имеющиеся доказательства, все чаще принимают незаконные решения.

А главная проблема в том, что на такие решения потом ориентируются и ссылаются другие суды, принимая их за верные.

Судьи зачастую не желают признавать реальные доказательства, заведомо принимают позицию одной из сторон. Оспорить такую предвзятость непросто.

Суд вышестоящей инстанции «засаливает» решение суда первой инстанции в условиях круговой поруки. А вот суд кассационной инстанции просто не портит нижестоящим статистику.

Так и рождается абсурдный с точки зрения права судебный прецедент, который затем тиражируется и перепечатывается уже другими судами.

По закону, суды должны оценивать доказательства хоть и по внутреннему убеждению, но на «полном, объективном и непосредственном» их исследовании. Но на практике эти принципы часто нарушаются

В уголовном процессе суд зачастую наиболее критично относится к доказательству со стороны защиты. Даже в случае приобщения таких доказательств к делу объективная мотивированная оценка их содержания и значения в приговоре дается крайне редко. Это очередное подтверждение обвинительного уклона при рассмотрении дела.

доказательств, таких как показания свидетелей и специалистов, в протоколах фиксируется недословно, а обязательная аудиозапись рассмотрения уголовных дел не ведется.

Суды нередко принимают произвольные решения «вопреки логике и истинному значению доказательств», допустим, из своей приверженности государственному интересу.

До 1964-го в России действовал принцип формальной оценки: когда закон указывал, какие доказательств являются совершенными (к примеру, чистосердечное признание) или несовершенными, как их правильно суммировать и что делать, если они противоречат друг другу. Сейчас оценка свободная: «де-юре — по внутреннему убеждению судьи, де-факто — произвольно, в зависимости от его настроя».

При этом вышестоящие инстанции не стремятся контролировать логику судьи и в такие дела обычно не вмешиваются. Апелляция, которая должна по идее пересматривать произвольные оценки, фактически уклоняется от этого.

Основная проблема в России заключается в тотальной зависимости судейского корпуса. На сегодняшний день в Европе до 10 % оправдательных приговоров, в российском суде присяжных — порядка 18 %, а в профессиональном варьируется в пределах 1 %. А это лишь подтверждает, что российские судьи априори солидарны с обвинением [4].

Необходимо активней вводить в правосудие народ: если прежде суды присяжных работали по огромному количеству дел, допустим, в царской России это было около 40 тыс. ежегодно, то сейчас присяжные не рассматривают и тысячи.

Таким образом, предлагаем ориентироваться на опыт Англии, где основную массу дел рассматривают так называемые судьи-магистраты. Они работают по два месяца в год на общественных началах, pro-bono.

Они не получают денег, квартир и путевок в дом отдыха от властей, им и нет надобности угодничать, выслуживаться, бояться поссориться с прокуратурой. Судья в данном случае воспринимает себя не как представитель закрытой касты, а как член гражданского общества.

При этом государство финансирует лишь судебные здания, судебных клерков, охрану. Этот институт мог бы быть хорошей аналогией мировым судьям.

Литература:

Источник: https://moluch.ru/archive/281/63350/

Поделиться:
Нет комментариев

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.